?

Log in

No account? Create an account

[sticky post] Здравствуйте

Меня зовут Натали Ваксман.

Я - семейный психотерапевт, супервизор в области семейной психотерапии, педагогический консультант, тренер и ведущая групп.

Живу и работаю в Израиле. Веду прием на русском и на иврите. Опыт работы с родителями, семьями и парами - 21 год.

Веду группы, лекции, семинары, пишу статьи для различных изданий.

Мне будут приятны вопросы, комментарии и просто общение.

Ко мне можно обращаться по телефону 052-8379336 и по скайпу natawax123

http://nataly-waxman.com/
https://www.facebook.com/waxmantherapy/?fref=ts
https://www.facebook.com/nataly.waxman?fref=ts

Другими словами...

Недавно в разговоре с одним потенциальным клиентом я поняла, что он (а, значит, и многие другие) не совсем представляет себе, чем конкретно я занимаюсь и в каких случаях могу быть полезна. Так вот, друзья, 95% моей работы – это ПСИХОТЕРАПИЯ СЕМЕЙНЫХ КРИЗИСОВ, такое МЧС для семьи. Например: "нет понимания в семье", "ощущение тупика в отношениях", "кризис трёх/семи лет отношений", "кризис рождения ребёнка", "не справляемся с ребёнком", "кризис подросткового возраста", "личный кризис одного из супругов", "измена", "развод", "кризис среднего возраста", "синдром опустевшего гнезда", "потери", "утраты". Бывает ТАК плохо, что руки опускаются. В такой момент важно, чтобы нашёлся кто-то, кто знает, как выйти из тупика с наименьшими потерями.
В жизни, к сожалению, рано или поздно что-нибудь подобное происходит почти у всех. И в большинстве случаев я знаю, как помочь.
Поэтому, запишите телефон: 0528379336 и передайте его тому, кому он, по-вашему, нужен сейчас.
https://www.facebook.com/waxmantherapy/?fref=ts
Иногда родители, желая придать своим детям уверенность и спокойствие, говорят ребёнку: «Не бойся! Не волнуйся! Я же не боюсь!» Или того хуже: «Вот твоя сестра – не боится. А ты, такой большой – и боишься! Тебе нечего бояться! Перестань!»

Намерение родителей понятно – успокоить, уменьшить тревожность, подбодрить. Только способ они выбирают не только не работающий, но и настолько вредящий ребёнку, что, знай они об этом вреде – немедленно отказались бы от фразы «не бойся».

Так почему не стоит говорить ребёнку «не бойся»?

Во-первых, может он и не собирался бояться. Ну а теперь, после того как мы сами подали ему мысль, что данная ситуация может вызывать страх, у него мало выбора и, скорее всего, его реакцией будет именно страх. Стоит, кстати, задуматься, почему именно эту мысль мы выбрали транслировать.

На любую ситуацию существует множество вариантов реагирования. Мы же почему-то предлагаем ребёнку именно этот. И хотя мы делаем это в форме отрицания, всё равно мы как бы подталкиваем ребёнка в направлении страха.

Во-вторых, говорить «не бойся» – обычно не помогает. Вам тоже иногда говорят: «Успокойся! Не волнуйся! Не паникуй!» Чаще всего это только раздражает. Человек и сам бы рад быть спокойным и радостным, но часто не знает, КАК изменить своё состояние. Этому, кстати, при желании можно научиться (психотерапия вам в помощь).

В-третьих, дети, особенно маленькие, не очень слышат, вернее, не воспринимают, частицу «не». Да и наше, взрослое, восприятие такое же. Слово «не» не создаёт в нашем мозгу никакой картинки, а потому «проскальзывает» незаметно, не задерживаясь в сознании. Но речь сейчас не о нас, а о тех, кто нам очень верит, и очень восприимчив ко всему, что мы говорим. И получается, что слышит наш ребёнок только слово «Бойся!» – повелительное наклонение, встревоженный мамин или папин голос.

И, наконец, сказать «не бойся» — это примерно то же самое, что сказать человеку: «не будь грустным», «не злись», «не радуйся»! То есть другими словами «НЕ ЧУВСТВУЙ!» Разве ЭТОГО мы хотим?

Человек не может ощущать только приятное: «радость», «веселье», «уверенность». Он или позволяет себе чувствовать весь спектр эмоций или подавляет в себе эту способность, а значит, и радоваться по-настоящему и получать удовольствие тоже не может.

Кроме этого, подавление чувств чревато психосоматикой, другими словами, ребёнок начинает чаще болеть, родители жалуются на регрессию или «странности» в поведении.



Как успокоить ребенка? Вот с чего стоит начать:

1. Дети видят мир нашими глазами. Чем младше ребёнок, тем больше наше эмоциональное состояние влияет на него. Иногда наше спокойное отношение к ситуации само по себе воспринимается ребёнком как признак того, что всё в порядке, и нет причин для беспокойства.

Если же вам не удаётся почувствовать себя спокойным и уравновешенным, начните с себя — проработайте то, что тревожит вас сегодня. При необходимости — со специалистом.


2. Вспомните себя в том возрасте, в котором находится сейчас ваш ребёнок. Чего боялись вы? Что помогало вам справиться со страхом? Какие слова или действия родителей давали вам уверенность и чувство защищённости?

Возможно, что-то из вашего опыта, какая-нибудь история, фраза, воспоминание, поможет вам лучше понять, что чувствует ваш ребёнок и что ему сейчас необходимо.


3. Если видите, что ребёнок встревожен или боится, обнимите его, позвольте ему с вашей помощью «заземлиться», почувствовать себя спокойно и уверенно в маминых или папиных объятьях.

Если ваш ребёнок может говорить, поговорите с ним о том, что его беспокоит. Можно спросить: «Я вижу, что ты беспокоишься. Что тебя беспокоит больше всего?»


4. Давайте «легитимацию» страху ребёнка, но в то же время не создавайте ситуации, когда ребёнок получает внимание, ТОЛЬКО когда он боится или встревожен. Это неосознанно может усилить его страх.


5. Задумайтесь о той вторичной выгоде, которую может получать ребёнок, если будет бояться. Если речь идёт о внимании родителей, а именно ТАК нередко и бывает, начните давать ему это внимание в ситуациях, не связанных со страхом.


6. Другие способы для понижения тревожности и перехода в более спокойное состояние – это всевозможные игры и упражнения: обвести и раскрасить ладошки или ступни ног, работа с глиной, пластилином, красками, различными природными материалами и т.д. Очень хороши подвижные игры, особенно на свежем воздухе.


7. Научите ребёнка медленно дышать, когда выдох через рот длиннее, чем вдох носом. Прекрасный способ научиться этому – пускать мыльные пузыри так, чтобы они получались максимально большими и долго «не лопались».

Умение так дышать помогает упорядочить и успокоить дыхание после испуга или во время стрессовой ситуации.


8. Объясните ребёнку разницу между опасными ситуациями и теми, которые могут пугать и вызывать страх, но неопасны. Разделите эти понятия: страшно и опасно. Научите ребёнка их разделять. Сирена пугает, но она не опасна, она предупреждает об опасности, чтобы у нас было время что-то предпринять.


9. Если ребёнок постарше — поговорите с ним и проанализируйте вместе, что помогало ему справляться со страхом или другими неприятными эмоциями в прошлом? Что из этого могло бы быть полезным сейчас? Какие новые способы вернуть себе спокойствие стоит попробовать?


10. Обратите внимание на атмосферу в семье. Чем спокойнее и доброжелательней она будет, тем легче вашему малышу будет преодолеть страх и почувствовать себя увереннее.


11. Если чувствуете, что вам сложно справиться самостоятельно – не ждите, обратитесь за помощью к специалисту.

Натали Ваксман,
семейный психотерапевт
052-8379336
https://www.facebook.com/waxmantherapy/?fref=ts
Наши дети этим летом в Израиле научились быстро собираться и выходить из дома, быстро сбегать по ступенькам, здороваясь с соседями, быстро ориентироваться на местности, находя ближайшее убежище в парке или торговом центре. Многие научились считать. Кто-то - до сорока пяти. Кто-то - до тридцати. Те, кому повезло меньше, только до пятнадцати. Но есть и «счастливчики», свободно считающие до шестидесяти и даже больше.

«Дети лета 2014» скоро пойдут в школу или в садик. Мы, их родители, очень на это надеемся. Подходят к концу летние каникулы. Каникулы, которые запомнятся многим детям и родителям в Израиле, как самые напряжённые и неспокойные. На это мы тоже надеемся, на то, что эти каникулы были «самые», а все другие действительно будут ДРУГИМИ: спокойными, весёлыми, беззаботными. Надеемся, но понимаем, что может быть и по-другому. Мы даже не знаем, чего ожидать от начала этого учебного года. Да, мы знаем, что он должен начаться первого сентября, всего через несколько дней, но совсем не уверены, что обойдётся без неожиданностей. И даже если он начнётся, когда и должен начаться – нет никакой уверенности, что он не прервётся в самый неожиданный момент.

Вообще, с написанием этой статьи с самого начала была полная неразбериха. Я начала писать её на фоне прошлого объявленного перемирия, в надежде, что мой опыт связанный с подготовкой к новому учебному году, будет полезен родителям многих школьников, а особенно будущих первоклассников. Но с тем перемирием не сложилось. На нашу страну обрушилась новая волна обстрелов, и уверенность, связанная с началом занятий первого сентября улетучилась. Через несколько дней надежда на возвращение к будням, в том числе и учебным, снова забрезжила на горизонте, и сегодня мы снова надеемся на обещанное начало учёбы первого сентября.

И вот, я стою перед родителями «без пяти минут» первоклашек. Обычное школьное родительское собрание в начале учебного года. Когда-то, около двадцати лет назад, все родители на школьных собраниях, на которые меня приглашали с лекциями, были старше меня, потом около десяти лет я стояла перед своими ровесниками, а сейчас почти все они младше меня лет на десять. Это странно. К этому надо привыкать. Сегодня передо мной чуть более взволнованные, чем обычно, лица. Чуть более напряжённые. А может, мне это только кажется? Нет, не кажется. Первый вопрос:

- А учёба, вообще, начнётся?
- По сообщению министерства образования – да. Надеемся, что да...

- Как Вы думаете, наши дети смогут включиться в учёбу после двух месяцев бомбёжек?
- Не знаю, думаю, что на это может уйти больше времени, чем обычно. Поэтому в первые две недели учёбы во всех школах Израиля планируется специальная программа по постепенному «включению», в которой много времени, особенно в начальных классах, будет уделяться общению, играм, «вентиляции», обмену впечатлениями, разговорам о чувствах и о том, что помогало справиться в сложных ситуациях.

- Страшновато как-то детей в школу отправлять. А вдруг снова начнётся?
- Возможно, что «начнётся». Тогда учёбу в некоторых городах отменят, или будут проводить только в бомбоубежищах. Всё зависит от распоряжений службы тыла.

- Да нам самим страшно. Сами ещё в себя не пришли!
- Прошло слишком мало времени с начала перемирия. Тут каждый день важен. И важно постепенно, маленькими шажками наполнять будни обычными мирными делами, всем тем, что было трудно делать под звук сирен. Дети очень чутко реагируют на наше состояние, поэтому самое лучшее, что Вы можете сделать для своего ребёнка сейчас – это создать максимально спокойную обстановку, наполненную простыми ежедневными заботами и радостями: мультфильмы, мороженое, игры, книги, возня по дому, гости, поход в какое-то интересное место, совместная покупка всего, что нужно для школы.
Да и вообще, лучшая подготовка к школе – это не пытаться, как, возможно, кто-то думает, чему-то научить своего ребёнка, а позитивно настроить его на всё новое, что обрушится не него через несколько дней, а также поддержать его и придать уверенности в своих силах.

- А что ещё Вы посоветуете нам, родителям первоклассников?
- Ну, во-первых, помните, что ребёнок слышит то, что вы говорите о школе друг другу дома, в телефонной бесседе, друзьям и знакомым. Это формирует его отношение к школе, а иногда и к учёбе вообще. А ещё ребёнок слышит, видит и чувствует то, что вы не говорите о школе. Он «впитывает» ваши взгляды, убеждения, опасения и страхи, основанные на вашем опыте. Проанализируйте свои убеждения и, если необходимо, поработайте с ними (можно – со специалистом). Обратите внимание, что говорят ему о школе бабушки, дедушки и другие родственники. Если это негативная информация - объясните своему ребёнку, что это личный опыт другого человека, приобретённый в другое время в другой стране. По возможности, оградите своего ребёнка от негативной информации и ограничивающих убеждений других людей.

Попробуйте честно ответить себе на вопрос: для чего вы отправляете ребенка в школу (для обучения полезным навыкам, для общения со сверстниками, для социализации в обществе, потому что «так принято», потому что у вас нет возможности предложить ему что-то лучшее ежедневно с 8 до 13:30 и т.д.).

Не говорите своему ребенку: «Ты уже большой. Теперь надо учиться, а не играть». Во-первых, это неправда! Что изменилось оттого, что ему сейчас не 5.5 а 6? Раньше шли в школу с семи лет, а ещё раньше - с девяти. Каких-то 100 лет назад большинство детей вообще не ходили в школу. А закону об обязательном образовании - всего несколько десятков лет. Во-вторых, играть и просто исследовать мир (не за партой, а на природе, во дворе, рядом с вами) для него ещё долго будет самым полезным из всех занятий. Ну, и в-третьих, противопоставление игры и учёбы не добавит ему желания учиться.

Лучше поговорите со своим ребенком о том, чего он ожидает от школы и от первого учебного дня. Что, на его взгляд, будет похоже на садик? Что изменится? Мягко подкорректируйте ожидания, если они слишком далеки то действительности. Чем реальнее будут ожидания ребёнка, тем легче ему будет адаптироваться в новой среде. Предложите своему ребенку ещё до начала учебного года прийти в школу, погулять по школьному двору, найти класс, в котором он будет учиться. Рекомендую также проверить, где находится питьевая вода, туалет, кабинет директора и секретаря, выяснить, к кому можно обратиться, если возникает проблема, а классного руководителя нет поблизости.

Во многих школах родителей и детей приглашают на встречу за несколько дней до начала учебного года с целью познакомиться с учительницей и будущими одноклассниками. Обязательно прийдите на это мероприятие! Оно поможет вашему ребенку чувствовать себя в более знакомой среде в первый учебный день.

По возможности, запишите своего ребёнка в класс вместе с другом, знакомым по садику, по двору или по кружку. Если такой возможности нет, в первые дни учебы предложите своему первоклашке пригласить кого-то из одноклассников в гости. Имея даже одного друга, ваш малыш будет чувствовать себя увереннее на уроках и особенно, на переменах.

Если у вашего ребенка есть какие-то особые сложности, связанные с развитием или чертами характера, сообщите о них классному руководителю. При необходимости, назначьте встречу со школьным консультантом.

По окончании первого школьного дня устройте себе и своему ребёнку маленький праздник. Отпразднуйте начало первого учебного года. Пусть это станет одной из добрых традиций вашей семьи - отмечать начало и окончание каждого из школьных лет.

... Наша встреча подходила к концу. Кто-то торопился домой, кто-то пытался задать ещё один «последний» вопрос, кто-то остался договориться о личной встрече. Я всматривалась в молодые взволнованные лица и видела себя лет 15 назад, когда наша «старшая» шла в первый класс. Очень хотелось, чтобы родители этих первоклашек, несмотря на такое непростое лето, смогли хотя бы эти последние «пред-первоклассные» дни сделать для своих детей действительно «первоклассными»: вместе смотреть мультфильмы и есть мороженое, кататься на велосипеде и печь печенье, читать сказки и играть, плавать в море и строить замки из песка, вместе делать покупки и ходить по лесу, шутить и дурачиться, улыбаться и просто быть рядом, просто быть рядом...
Memento mori (лат.) – помни о смерти


Все страхи, в конечном итоге, сводятся к одному – страху смерти.
Мы, взрослые, часто не знаем, говорить ли с ребёнком о смерти.
И, если говорить, то как?
Более того, иногда своими ответами на вопросы детей или своим уходом от ответов мы создаём ловушки, в которые сами, скорее всего, и угодим.

Так как же отвечать на вопросы ребёнка? Особенно сейчас, когда в сводках новостей передают имена погибших солдат, а по телевизору - трансляции похорон.
И что делать, если ваш ребёнок ничего не спрашивает? Может быть он слишком мал? А может чувствует, что с мамой или папой не стоит говорить на определённые темы?


Итамару 9 лет. Он младший ребёнок в семье. Его сестре 16. Брату 19. В моём кабинете – родители Итамара.
Мама: Он очень изменился в последнее время. Замкнутый какой-то. Ничего не хочет. Из дома не вытянуть. Только в игры свои играет. Переходит весь день от одного экрана к другому. Компьютер, таблет и телевизор. Плохо засыпает. Может вдруг проснуться посреди ночи. Вопросы разные задаёт.
Я: Вопросы?
Мама: Да, «а может ли ракета в наш дом попасть?», «а если на соседней улице упадёт, наш дом разрушится?», «а вдруг мы сирену не услышим?»
Я: И что вы ему отвечаете?
Мама: Говорим, что всё будет хорошо, что никакая ракета никуда не попадёт, потому что есть железный купол, что сирену нельзя не услышать, что война уже кончилась и больше никаких сирен не будет.
Я: А вы сами-то в это верите?
Мама: А что делать? Надо же ребёнка как-то успокоить. Мы сами эти дни не живём. Всё ждём, что старший позвонит. Я от каждого звонка вздрагиваю. Его первый раз через пять недель отпустили. Я чуть с ума не сошла.
А тут ещё Итамар со своими вопросами: «Почему Даник не звонит? А там стреляют? А его могут в плен взять?» По сто раз в день то же самое спрашивает.
А Даник в инженерных войсках, понимаете? Я сама ужасно боюсь...
Папа: Скоро школа начнётся, вот пусть им там всё и объясняют. Они там знают, что детям говорить.
Мама: Да при чём тут школа? Вопросы-то он нам задаёт.
Я: Да, вам. И ответы ему нужны ваши. Честные.
Мама: Честные? Ребёнок и так в напряжении, ему ещё о наших страхах слушать?
Папа: Ты думаешь, он сам не видит, какая ты нервная стала? Чуть что – крик.
Мама: У меня уже сил нет... Просто нет сил... (плачет)
Папа (маме): Да ладно... перестань... не плачь... скоро это всё закончится. Ничего плохого не может случиться.
Я (папе): Обратите внимание, что и Вы пытаетесь поскорее утешить жену. Вы действительно уверены, что ничего плохого не может случиться?
Папа: Нет, не уверен, просто тяжело, когда она плачет.
Я (маме): А как Вам с тем, что говорит Ваш муж?
Мама: Я знаю, что он не переносит, когда я плачу. Но просто сил уже нет. И ещё бесит его тупой оптимизм! Простите...
Я: Скорее всего, так же, как Ваш муж успокаивает Вас, Вы пытаетесь успокоить вашего сына. И Вы можете продолжать то же, что делали с Итамаром до сих пор - успокаивать его, говоря, что всё будет хорошо. Только не ожидайте, что результат будет другим. Те же действия вряд ли приведут к другому результату. Он будет продолжать тревожиться, плохо спать, отказываться выходить из дома. Возможно, со временем будет задавать меньше вопросов. Раз честный ответ всё равно не получить. (Родители смотрят на меня в недоумении. Мама перестаёт плакать).
Первым приходит в себя папа:
- Так что, не успокаивать его?
- Невозможно успокоить кого-то, не будучи спокойным самому. Наши слова – это только слова. Есть ещё внутреннее состояние, которое передаётся через язык тела, тон голоса, интонацию, мимику, жесты, тонус мышц, дыхание. Это легко считывается детьми. В отличии от слов, практически невозможно всё это подделать. Проще поработать со своим внутренним состоянием и убеждениями. Так же, как ребёнок может прочесть по картинке в книжке совсем другую историю чем та, которую читает взрослый, так же по внешнему виду и тону голоса он может получить совсем другое послание о жизни и смерти чем то, которое мама или папа пытаются передать ему, тщательно подбирая слова. Какое? Скорее всего то, в которое на самом деле верит взрослый.
Привести вашего мальчика в более уравновешенное состояние – это, прежде всего, изменить что-то в вашем собственном состоянии. А ещё – быть с ним честным. Иначе очень быстро он перестанет вам доверять. Он же видит в новостях и слышит о том, что были попадания, что некоторые здания разрушены, что есть пострадавшие. Кстати, телевизор, в любом случае, лучше поменьше смотреть. И если вы будете говорить, что попадание невозможно, и никто не может пострадать – какое вам доверие?
Родители переглядываются, после чего папа говорит:
- Это точно, вот с дочкой нашей вообще ни о чём не поговоришь. Я понимаю, подростковый возраст, но, мне кажется, она нам просто не верит. Что не скажешь – ухмыляется или головой кивает, мол, говори-говори...
Мама добавляет:
- Да, что-то упустили мы с ней. А что Итамару на все его вопросы отвечать?
- Ну, например, на вопрос о том, может ли ракета попасть в ваш или соседний дом, можно ответить, что такая возможность существует, но она очень-очень мала. Эффективность железного купола выше 90 процентов. Конечно, человек может не услышать сирену, если он спит или моется в душе, а сигнал сирены в вашем районе слышен плохо, но вероятность стечения всех этих обстоятельств невелика, тем более, что Итамар не остаётся в эти дни один, и всегда есть кто-то из старших, кто может разбудить его и помочь быстро перейти в убежище. По поводу брата тоже лучше отвечать честно, и, если на какие-то вопросы у вас нет ответа, так и сказать, что не знаете, но думаете, верите, надеетесь, что всё будет хорошо.
Очень важно говорить о своих волнениях и переживаниях. Ребёнок всё равно их видит и чувствует. Говоря о них вы как бы позволяете и ему говорить о том, что его тревожит, даёте легитимацию его чувствам, показываете, что можно бояться, сердиться, грустить и можно говорить об этом с близкими людьми. Возможно, в какой-то момент ему меньше потребуется убегать от реальности и от своих чувств в компьютерные игры, где, кстати, абсолютно искажены представления о человеческой жизни и смерти, где жизнь можно купить, здоровье и силу найти, а умирать можно бесконечное количество раз.
- Вы говорили, что реально поработать над изменением нашего внутреннего состояния. Как это?
- Есть специальные техники для уменьшения тревожности, избавления от боли, страха, чувства подавленности, для увеличения уверенности в себе.
- Мы сможем поработать над этим в следующий раз?
- Да, конечно.

Они ушли, а мне вспомнилась фраза Габриэля Гарсиа Маркеса: «Зачем тратить столько слов, чтобы объяснить то, что чувствует человек на войне, если достаточно одного слова: страх».

Да, страх, что что-то случится с тобой или с твоими близкими. Страх смерти. Страх, о котором страшно говорить. И думать о нём тоже страшно. И страшно говорить о нём с детьми.

18 лет работая с детьми и родителями, могу выделить две темы, на которые родители говорят с детьми особенно неохотно: это секс и смерть. Почему именно они? Две основные темы в жизни человека. Одна связана с приходом в этот мир. Вторая - с уходом из него. Ну, о сексе и о том, что и как говорить на эту тему детям, написано немало. О смерти – меньше. Но ведь многие из нас сталкиваются рано или поздно с необходимостью отвечать на вопросы ребёнка о раздавленном на дороге котёнке, об умершем родственнике, о погибших солдатах, о возможной опасности для нас самих. Почему родители, самые близкие ребёнку люди, так легко исключают себя из круга возможных собеседников, отгораживаясь стеной отговорок, отмазок, уходов от ответов? А заодно и теряют доверие ребёнка. Потом, правда, часто удивляются: почему он ничего не рассказывает? Почему не делится ничем?

Так что же делать?

1. Всегда отвечайте на вопросы детей. Никаких «подрастёшь-узнаешь» и «много будешь знать – скоро состаришься». Никаких насмешек! Ваши насмешки, так же как неправда, скорее всего запомнятся надолго. Не знаете ответа – честно скажите об этом. Пообещайте узнать и рассказать. Узнайте и расскажите!
2. С детьми постарше поищите ответ вместе в энциклопедиях и словарях (можно электронных). Этим вы научите их самостоятельно искать нужную информацию. Если речь идёт о сложном философском вопросе найдите несколько взглядов на него. Проверьте, как другие культуры и религии относятся к этой теме. Так вы расширяете видение своего ребёнка, его карту мира, приучаете его учитывать разные взгляды и мнения.
3. Вопрос ребёнка вас смутил? Задайте себе вопрос: почему? Осознайте свои трудности, связанные с этим вопросом, оцените уровень своего страха говорить на эту тему. Возможно, ваши родители считали её неприличной или боялись её? Или вы просто чувствовали, что говорить об этом не стоит? Или несколько раз получив вместо простого и честного ответа отговорки или, того хуже, обвинения, вы оставили попытки что-то выяснить?
4. А теперь скажите спасибо своему ребёнку за возможность коснуться того, чего долго не могли коснуться, проработать свой очередной комплекс, пообщаться с собственными «тараканами». Общаться с «тараканами» желательно, не при ребёнке! Попросите у него перенести разговор на другое время. Скажите, что вам надо собраться с мыслями. Обычно дети легко соглашаются на такой вариант. Вернитесь к этому разговору сами, когда будете готовы. В сложных случаях проконсультируйтесь со специалистом.
5. Что касается темы смерти и страха смерти, помните, что до двух лет ребёнок не понимает и не может понять о чём идёт речь. С трёх-четырёх лет, когда он впервые видит во дворе мёртвую птичку или насекомое, появляется интерес к этой теме, начинаются вопросы. Но в этом возрасте ребёнок воспринимает смерть, как временное расставание. Только в возрасте пяти-шести лет ребёнок начинает понимать, что тот, кто умер, уже не вернётся. Правда обычно он ещё не всегда соотносит это понимание с тем, что и члены его семьи могут умереть. Вместе с тем, иногда именно в этом возрасте или чуть позже появляется страх, что кто-то из родителей умрёт. Более взрослое понимание смерти появляется к 9-10 годам.
Есть различия в восприятии понятия смерти разными детьми, но оно очень зависит от тех объяснений, которые дети получили от родителей.
6. Очень важно, говоря с маленькими детьми о смерти, объяснить, что это необратимый процесс, и тот, кто умер, уже никогда не станет живым, даже если ребёнок продолжает верить в то, что всё изменится и тот, кто умер, оживёт. Не спорьте с ребёнком, просто скажите, что думаете вы. Важно говорить об отличии живого от мёртвого (мертвый не дышит, не ест, не пьёт, не думает, не двигается, не видит, не слышит, не чувствует и т.д.).
7. Не стоит пользоваться словом «уснул», говоря об умершем или погибшем, чтобы у ребёнка не появились проблемы с засыпанием.
8. Можно сказать ребёнку, что дорогие нам люди после смерти остаются в нашей памяти, «в нашем сердце». У нас есть воспоминания, предметы, фотографии.
9. Если ребёнок говорит о своём страхе умереть или о страхе за жизнь кого-то из близких, не говорите ему, что ничего плохого не может произойти. Потому что это неправда, и ребёнок её почувствует. Лучше сказать о малой вероятности, о средней продолжительности жизни, о сильной армии, о ваших убеждениях и вере в то, что всё будет хорошо. Обнимите вашего ребёнка, скажите ему то, что на ваш взгляд его поддержит, но будет правдой. Скажите ему о своей любви.
10. Позвольте ребёнку верить в то, во что он верит. Просто честно скажите, во что верите и что считаете вы. Ребёнок не должен грустить или чувствовать себя как-то особенно даже при самых печальных обстоятельствах. Обычно дети выбирают самую правильную для себя реакцию на неприятную ситуацию.

А ещё, возможно, что наши представления о жизни, смерти, опасности - это то, что наши родители, школа и общество внедряли в наши головы, передавая нам свои собственные страхи. И, может быть, пришло время пересмотреть хотя бы часть из них или хотя бы более осознанно относиться к тому, что мы передаём своим детям.
Помните, у Стругацких в «Гадких лебедях»: «Волчица говорит своим волчатам: «Кусайте, как я», и этого достаточно, и зайчиха учит зайчат: «Удирайте, как я», и этого тоже достаточно, но человек-то учит детеныша: «Думай, как я», а это уже преступление»?

Война и мать родна

Первая сирена этой войны застала меня в кибуце в центре страны, где я была по работе. Десять дней до начала наземной операции. Несколько часов до впервые прозвучавшего для меня словосочетания: "Несокрушимая скала".
В тот вечер кибуц отмечал коллективный праздник совершеннолетия 15 ребят, мальчишек и девчонок 12-13 лет. Были приглашены друзья, родственники и, конечно, все члены кибуца. Столы поставили на большой поляне возле киббуцной столовой. Белоснежные скатерти, цветы в высоких вазах, искусно нарезанные арбузы и дыни, разноцветные шарики, запах жареного мяса, сотни гостей.
Услышав поднимающийся звук сирены и осознав, что я не представляю, где находится ближайшее бомбоубежище, я решила спуститься со второго этажа, где работала, на нижний.
Сбегая по широкой лестнице, вижу, как разноцветная поляна за окном за секунду пустеет. Похоже на хорошо отрепетированный флешмоб. Все эти красивые люди в нарядных одеждах, девочки в легких платьях, женщины на каблуках, виновники торжества в белых рубашках, виновницы с завитыми локонами, все бросились к нескольким входам в здание. Здесь, в центре, сирена? Может учебная? Ошибка? Наверно, проверка сигнализации. Не может быть…
Я спускаюсь ещё на пол проёма и оказываюсь на цокольном этаже возле большой стеклянной двери на улицу. Слева от меня - внутренняя стена. Надо мной - лестница. С улицы заходят и заходят люди. Дети, много детей. Лысый мужчина с одноразовым стаканчиком с колой. Половина колы разлилась по дороге. Мальчик с пластиковой вилкой в руке. Опустил бы её, что ли. Рядом со мной рыжеволосая женщина с малышом на руках. Ему около года. Её держит за ногу рыженький мальчик лет пяти в очках, а рядом стоит, судя по цвету волос и очкам, их старший брат лет восьми с надкусанной лодочкой дыни в руке.
Пятилетний начинает хныкать. Мама сначала не реагирует, потом прикрикивает на него: "Да замолчи ты уже! Невозможно с тобой! Не надо было тебя вообще брать!" Старший, который с дыней, смотрит на мать, потом на пятилетнего, потом на дыню. Откусывает от дыни кусочек.
Очень тесно. Ближе к стене стоит пара с двумя девочками, лет семи и десяти, парень в джинсах и несколько подростков. Лысый с колой пытается протиснуться ближе к стене, но там совсем нет места. Я начинаю различать в хныканье рыженького: "Хочу к папе. Где мой папа?" Женщина наклоняется к нему, её лицо перекошено, она шипит: "Да замолчи ты уже, наконец! Рот свой закрой, я сказала! Вон брат твой молчит, и ты заткнись!" (Видела бы она себя сейчас). Рыженький смотрит на мать полными ужаса и непонимания глазами и начинает орать во весь голос: "Папа! Где мой папа!" Мать отворачивается от него. У неё на руках заплакал годовалый. Старший ест дыню. Лысый косится на него, подростки у стены тоже. У пятилетнего истерика. Парень в джинсах тихо, но твердо говорит: "Папа, наверно, в убежище зашёл. Там даже лучше". Рыженький начинает плакать тише. Его мать поворачивает голову к парню: "Тебе-то что за дело? Сама разберусь!" Лысый постепенно продвигается к внутренней стене. Старший рыжий доел дыню. Не знает, куда бросить шкурку. "Ты - как твой отец", - цедит сквозь зубы мать. Что она хотела этим сказать? Я не поняла. Но старший понял, его голова ещё больше вжалась в плечи, а за левым стеклом очков дернулось веко.
Одна из девочек у стены о чём-то спрашивает своих. Мне не слышен её голос, но слышен ответ матери: "Ты что, не бойся, вот глупая. Вы меня в могилу сведёте своими вопросами. Лучше бы слушались и по дому помогали. Девочки всё-таки ".
"Ну, всё, сколько можно стоять?" - Пробасил лысый и стал пробираться к выходу. Когда он коснулся ручки стеклянной дверь, где-то далеко раздался "бум". За ним ещё один.

63447887_mother_telling_off_son

Часа через полтора выезжаю с киббуцной парковки, с ужасным ощущением бессилия. В голове фразы из моего детства. Не все они родительские послания, многое из школы: "Не мешай! Помолчала бы! Что ты вообще себе думаешь? Что из тебя вырастет? Если делать - то хорошо! Без труда не вытащишь и рыбку ... Готовь сани летом… Не откладывай на завтра... Сколько веревочка не вьется.. Девочка должна… Девочка не должна…"
Ну и что? Я – сани летом? Я должна? И правда, что я себе думаю? Ругаться точно не должна…
Включаю задний ход. Белая легковушка останавливается, пропуская меня. Внутри лысый. Он кивает мне и улыбается, показывая, что пропускает. Джентельмен хренов!
Выезжаю на трассу. Направо – Ришон. Налево – дом. Ехать почти час, через Гедеру и Кастину. В голове продолжают крутиться обрывки фраз, какие-то мысли. Одна из них возвращается и возвращается, как-бы убеждая меня своим рефреном в том, что мы – взрослые, а они дети, и мы должны… должны…должны… что мы - их родители. Именно так, а не наоборот. Мы взрослые, мы отвечаем за них.
Да, в каждом из нас живет наш внутренний ребенок со своими травмами. Да, мы тоже боимся, чувствуем бессилие и отчаянье, мы плачем иногда. Но мы взрослые! Мы принимаем решения, мы выбираем. Это мы, в конце концов, приняли решение их родить.
И мы должны быть взрослыми для них. В этой ситуации взрослые – это мы. У наших детей нет других взрослых. И мы, взрослые, многое можем. Мы можем не срываться на крик, можем слушать, смотреть в глаза, замечать хорошее, держать за руку, обнимать, улыбаться, говорить о своей любви. А когда им страшно – мы можем "бояться вместе". Еще мы можем шутить, придумывать сказки, печь пироги, рисовать, играть. Если мы забыли, как это – мы можем вспомнить. Когда-то мы это умели. Ведь мы взрослые. А они дети. И мы за них отвечаем.
Их ощущение себя, их восприятие мира зависят от нас. Мы можем дать им чувство безопасности, уверенности в себе и веру в то, что, несмотря на все войны это мир – неплохое место для того, чтобы жить в нём, веру в то, что их здесь любят, им рады, они нужны.
И только мы можем дать им это, потому что мы – взрослые!

Лана

Наша дочь, Лана, написала сегодня ответ своей подруге, девочке- мусульманке, с которой училась вместе в международной школе в Ташкенте, увидев, что та осуждает Израиль за действия в Газе.

Ланка, мы тобой гордимся!

"Дорогая Дильноза и все мои друзья, живущие в разных странах мира – России, Узбекистане, Канаде, Германии, Франции, Голландии, Индии, Америке, Израиле и других странах! Все те, кто читает этот пост!
Многих из вас я знаю лично. Мы вместе учились в международной школе, дружили, ходили друг к другу в гости, с радостью делились друг с другом как личным, так и самым интересным, самым вкусным и самым важным из того, что было в культурах тех стран, из которых мы приехали.
Многих из вас волнует то, что происходит сейчас в Израиле. Я благодарна всем тем, кто звонит, пишет, предлагает помощь.
Делюсь с вами событиями последних недель. 12 июня были похищены и зверски убиты трое израильских подростков ( 16, 16 и 19 лет), возвращающихся из школы домой. За первую неделю июля на Израиль было выпущено более 900 ракет с территории сектора Газа, которым управляет ХАМАС, обладающий ещё сотнями и сотнями ракет и прорывший тоннели под израильские поселения для совершения массовых терактов среди нас, израильтян. Что в такой ситуации делала бы ваша страна? Позволила бы уничтожить себя или попыталась бы защитить своих граждан?
Всем известно, что ХАМАС прикрывается арабскими женщинами и детьми. Что бы вы сказали, если бы на территории нашей школы были размещён склад боевых ракет? Если бы вашего маленького братика или сестричку схватил боевик ХАМАСА в качестве живого щита?
Нам всем жаль детей, пострадавших в этой войне. Наши израильские солдаты, рискуя своей жизнью, снимают с палестинских детей пояса смертников, которые надели на них их родители, чтобы уничтожать евреев. По словам Гольды Меир, эта война закончится, когда палестинцы будут любить своих детей больше, чем ненавидят наших. Если кто - то ещё не понял, это война против ТЕРРОРА! Того самого ТЕРРОРА, который отвечает за теракты в израильском и американском посольстве в Ташкенте, за гибель детей в Дельфинариуме в Тель-Авиве, за детей Сдерота, за 11 сентября. Брат моей лучшей подруги погиб четыре дня назад защищая нас с вами от ТЕРРОРА. И тебя Дильноза, и всех твоих братьев и сестер. Похороны были в воскресенье.
Спасибо всем людям во всем мире, которые поддерживают Израиль.
Спасибо тем, кто противостоит ТЕРРОРУ.
Надеюсь, что их будет больше.
С пожеланиями мира,
Лана Ваксман"
У меня спрашивают: "Как говорить с ребёнком о войне?"

Во-первых, говорить.

Во-вторых, честно.

В-третьих, кратко, учитывая возраст ребёнка.

Это всё. Больше сказать нечего.

Есть, правда, некоторые нюансы.

О них эти три истории. Даже не истории, а три случая из практики последних дней.
Имена вымышленные. Остальное — правда.

Яэль

Ночью проснулась от сирены. Уснуть уже не удалось. Около восьми утра — телефонный звонок. Звонит мама девочки семи лет. Почти кричит в трубку. Есть ещё мальчик, которому четыре. Папа вот уже несколько недель на резервистских сборах. Звонит почти каждый день. Мама работает на полставки. Просит срочную консультацию по телефону, хочет через несколько дней приехать на встречу.

- Ещё два дня назад всё было нормально. Как обычно. В субботу сирена застала на улице. И началось…. Почему, не понимаю! И раньше были сирены. Почему именно сейчас у Яэль такая реакция? Младший, вроде, в порядке, а Яэль из дома не выходит, даже к бабушке, которая живет совсем рядом. Говорит, что боится. Все вопросы – про войну. По пять раз то же самое спрашивает. Может она так внимания требует? Засыпает плохо. Вздрагивает от каждого шума. Не ест ничего.

- Совсем ничего? — спрашиваю

- Ну, не совсем, — её голос становится спокойнее. – Заставлять надо. («Ну, к этому, мы ещё вернёмся» — говорю себе). – А я вот, наоборот, постоянно что-то ем, – продолжает мама — Сладкое, печеньки всякие. («Точно вернёмся, потом, не сейчас…» – уговариваю себя).

- Мы ведь от детей ничего не скрываем. (Снова «ничего»?). Говорим открыто обо всём. («Всё» или «ничего» – какие-то другие варианты есть?) И телевизор не выключается. Всё время новости.

- Всё время? (Говорю о том, что телевизор и повторяющаяся хроника новостей не лучшее для деток семи и четырёх лет, что не все картинки им стоит показывать, да и взрослым это спокойствия не добавляет.)

1336234523_v-statyu45643131

- Но, надо же знать, что происходит. (Снова тон повышается) Их отец сейчас там. Я прямо места себе не нахожу. Правда, стараюсь при детях держаться, не распускаю себя, не показываю им, что мне тоже страшно.

- Думаете, они не чувствуют? Не видят? (При встрече, если начнём терапию, проверим, что из её опыта научило её тому, что чувства надо скрывать от детей, подавлять. Тут есть над чем поработать).

- Может и чувствуют, Яэль особенно. А что мне делать? Да и младший спит сейчас только со мной, играет всё время в войну, рисует всё чёрным, как будто других карандашей нет. (Ну вот… а говорила, что только Яэль сложно)

- Во-первых, можно признаться себе и детям, что бывает страшно. И тревожно бывает. И у многих сейчас так. Это даст им легитимацию на то, что они чувствуют, поможет начать говорить об этом. Во-вторых, можно говорить с ними о папе. Если есть возможность – позволять им общаться с ним по телефону, хотя бы по несколько минут слышать его голос. Это добавит им уверенности и спокойствия. В-третьих, стоит помнить, что даже ненормальное поведение в ненормальной ситуации – нормально.

- А все эти вопросы Яэль про железный купол, про то, попадёт ли в нас ракета – это нормально? Мне тяжело всё это слушать и по миллиону раз повторять.

- Нам сложно, когда нашим детям неспокойно. Сложно видеть их испуганными, растерянными, подавленными. Мы хотим, чтобы они быстро вернулись к обычной жизни после бомбёжек и сирен. До этого ещё далеко. Война идёт сейчас. Каждая сирена – дополнительный источник, подпитывающий стресс. Нужно терпение. Многие дети сейчас задают десятки вопросов. Это замечательно. Значит, доверяют, верят, что смогут получить ответ. Это то, что волнует их сейчас. И роль родителей – отвечать со всем терпением, столько раз, сколько понадобится, даже если тот же вопрос звучал несколько минут назад. Это именно то, что даст ребёнку уверенность и ощущение, что он не один, что есть взрослые, на которых можно положиться.

- Так что, не ругать её за это, не сердиться?

- Нет, конечно. И кушать не стоит заставлять. Наша задача – предложить еду, создать спокойную обстановку. Как только ей станет легче – аппетит вернётся. Когда получается, садитесь за стол вместе с детьми. Постарайтесь оставаться спокойной. Можете говорить о том, какая сильная у нас армия, о том, что сирены созданы для того, чтобы мы успели перейти в более защищённое место, объясните, как работает железный купол. Можно говорить о том, что на самом деле у каждого из нас много сил, что мы вместе и обязательно справимся. Можно подумать вместе с детьми, кому нужна помощь, собрать посылку для солдат, вместе написать им письмо.

- Сохранять спокойствие – это сложно!

- Да, но от этого зависит ощущение ваших детей. Постарайтесь в эти дни быть с ними больше, обнимать, говорить о своей любви, о вере в их силы справиться с этой ситуацией.

- Хотелось бы научиться относиться ко всему спокойнее. Мы приедем в конце недели.

- Конечно, приезжайте. До встречи.

Они приехали через два дня. По дороге заехали в супер и купили полотенца и сладости для солдат. Яэль с гордостью протянула мне записку, написанную печатными буквами: «Служите честно. Кушайте хорошо. Слушайтесь. Будьте осторожными. И возвращайтесь скорее. Мы вас ждём»

Детки в клетке

Они не в клетке. Они на лестничной клетке четырёхэтажного дома в Кирьят Малахи. Почти всё время. Спускаются на один этаж и сидят. Бомбоубежища нет. Вернее есть, но не в их доме, а в соседнем, и до него всё равно не добежать.

Она позвонила несколько дней назад. Ей двадцать семь. Голос тихий и слабый. Её муж всё время на работе. Возвращается поздно без сил. Даниэлю пять лет. Его старшей сестре шесть. Есть ещё два брата (три и два года) и маленькая сестричка, которой два месяца. Молоко пропало очень быстро. Никогда так не было. Всегда кормила до года или больше.

- Как ты справляешься?

- Не знаю. Молюсь. Прошу у Всевышнего сил. Спать хочу всё время. Усталость жуткая.

- Тебе кто-то помогает?

- Да, соседка приходит. Она с машиной. То купит что-нибудь, то старшую к себе возьмёт с её детьми поиграть. А Даниэль отказывается. От меня не отходит. Заикаться стал. Я потому и звоню. Это уже было у него. Года два назад началось. Потом лучше стало.

- А что тогда было?

- Ноябрь 2012. Ему тогда три было. Тоже сирены. Он их боится очень. Уши закрывает и кричит. Младшие просыпаются, тоже плакать начинают.

- Ты куда-нибудь обращалась?

- Нет, я и не знаю куда. Мне твой телефон воспитательница Даниэля дала. Она всех обзванивала в первые дни. Но я всё это время не звонила, думала, сами справимся.

- А теперь?

- А теперь я боюсь. Даниэль еле говорит. Пока слово скажет – час пройдёт. Мне плакать хочется. И сил нет совсем. Кажется, что если посплю немного – всё будет по-другому.

- Молодец, что позвонила. Кто может побыть с детьми, чтобы ты поспала?

- Сегодня муж придёт пораньше. Я попросила. Его с работы отпустили.

- Отлично, хорошо, что попросила. Сейчас самое главное – твои силы. Спать, пить, есть. Всё остальное подождёт. Тебе нужны силы, чтобы заботиться о детях. Это как в инструкции в самолёте для пассажиров, путешествующих с детьми: «В аварийной ситуации сначала наденьте кислородную маску на себя, а потом на ребёнка. Так Вы увеличиваете шансы на спасение для двоих».

- Да, я понимаю.

- Если я дам тебе телефон социальной службы, ты позвонишь? Есть лагерь для детей и добровольцы, которые могут принести продукты, поиграть с детьми.

- Позвоню. Может быть, уеду с детьми к сестре в Хайфу на несколько дней.

- Очень хорошо. А Даниэлю (да и остальным) сейчас самое главное быть рядом с тобой. Скажи ему, что один раз он уже это преодолел. И сейчас преодолеет. Обнимай его больше. Чем спокойнее и увереннее ты будешь, тем легче будет ему. И другим деткам тоже. Если нужен будет логопед или какой-то вид терапии – всё будет, есть субсидированные варианты. Мы поговорим об этом завтра.

- Спасибо. Мы поговорим об этом завтра…

10382823_806358222721942_1362415340121930521_n

Я никогда не видела её. Мы говорим каждый день по телефону. Она не поехала к сестре. Говорит, что дома ей и детям легче. Но голос её звучит по-другому. Он чуть громче и увереннее. Я жду того момента, когда услышу в нём улыбку. Это фото — только фотоиллюстрация из интернета, как и все другие фотографии к данной статье. Но я думаю и об этой семье. Надеюсь, что рядом с ними есть те, кто может помочь.

Литаль

У Литаль маленькие пухленькие ручки. Ей шесть. Она лежит на животе на ковре в моём кабинете. Она сосредоточена. Кулачки сжаты. Её папа и мама сидят на ковре рядом с нами. Братик спит в коляске у окна.

Сначала — братик. До этого шесть лет Литаль была одна. Только стала привыкать к тому, что мама и папа занимаются не только ею — война. Первая сирена прозвучала, когда Литаль была с летним лагерем на экскурсии в музее. Все побежали, а она смотрела на лужу увеличивающуюся под её ногами и не могла пошевелиться. Воспитательница не сразу поняла, что произошло. Закричала: «Быстро! В убежище!» Литаль не двигалась. Потом истерика, которую долго не могли остановить. Когда приехала мама с чистой одеждой – Литаль не могла говорить. Мама обняла её, мокрую и дрожащую, потихонечку успокоила. Дома – снова истерика. И так по несколько раз в день. Спит только с родителями. Не остаётся одна. Отказывается пить. Боится, что это снова случится.

10517454_772032229515594_2524716399126317212_n

У моих ног – коробка с карандашами. Поближе к Литаль – цветные мелки.

- Карандаши или панда?

- Карандаши, — отвечает и смотрит на папу. Папа одобрительно кивает.

- Какой цвет выбираешь? (Очень важно давать ей выбирать, пусть даже такие мелочи. Следующая встреча – только с родителями, без детей. Надо будет сказать им о важности выбора для неё и о том, как важно вернуть их девочке ощущение контроля, ощущение, что она управляет своей жизнью.)

- Оранжевый, — и взгляд на маму. Теперь кивает мама, и Литаль тянется к коробке.

- С какого пальчика начнём – с большого или мизинчика?

- С мизинчика, он всем помогает.

- А тебе что помогает?

- Мама. И лепить из глины. И коржики печь.

- А маме?

- Папа. Только он всегда на работе. (Родители переглядываются).

Мы обводим оранжевым карандашом сначала самый маленький пальчик, потом безымянный…

- Теперь — мама! (Мама берёт у меня карандаш и продолжает – средний, указательный…)

- А вторую ручку – зелёным! Папа, иди сюда. – Папа обнимает её и обводит пальчик за пальчиком.

На листе остаются две разноцветные ладошки. Литаль разрисовывает их розовым, жёлтым и голубым.

Не верьте тому, кто скажет, что научит вас быть прекрасными родителями. Если это скажу я – не верьте и мне. Но прислушиваться к себе, наблюдать, анализировать свои высказывания и возникающие ситуации, делать выводы и менять что-то в своем поведении – это по силам любому. И этому можно учиться.

С пожеланиями мира, спокойствия и любви,

Натали Ваксман,

семейный психотерапевт,

052 – 8379336

Читая интернет-новости

Оригинал взят у alena_15 в Читая интернет-новости
Вечером вернулись с мужем с работы, и давай обсуждать, кто какие новости вычитал.  Начали с наших -  муж вычитал, что кто-то из депутатов обеспокоился тем, что в Ленинграде - ой простите, Санкт-Петербурге - длинные белые ночи. "И что?" - спрашиваю. - "Отменить? Введением нового закона?.."  -  "Нет, - успокоил муж. -  Установить  жалюзи на окнах жителей Санкт-Петербурга, которым мешают спать белые ночи".  За счет бюджета, я полагаю! - но налицо несправедливость. Мне вот мешает жить отсутствие какого-никакого моря в наших краях. Что ж теперь, канал к нам прорыть? Желательно от Средиземного!..

А потом добрались до зарубежных новостей. Оказывается, мы оба не сговариваясь гуглили сегодня палестинские сайты. Но я - по общим вопросам, а муж добрался до новостей. Вычитал много смешного.

Собственно, смешное читала и я. Вот как минимум две новости, которые меня позабавили.

Из-за невыплаты зарплат "госслужащие" ХАМАС расстреляли банкоматы Газы. (далее - каждое слово можно пробовать на язык и перекатывать как виноградины, наслаждаясь вкусом и абсурдностью!)

Около 40 тысяч "государственных служащих", работающих на террористическую организацию ХАМАС в секторе Газы, уже больше двух месяцев не получают зарплату. Большинство "госслужащих" – боевики или "милиционеры", хотя среди них есть также врачи и учителя.
Как сообщает со ссылкой на источники в секторе Газы газета "Калькалист", реакцией на невыплату зарплат стало нападение записанных в госслужащие боевиков на банки сектора.
А второе - то, что "вчера палестинцы сумели выстрелить так, что перерезали кабель электроснабжения, который поставляет им электроэнергию от израильской электрической компании, и теперь 70 тыс. их населения осталось без света. И в ФБ такой ажиотаж по этому поводу, как будто бы случилось что-то значительное. Ребята, по подсчету 2011 года в Газе было 1 миллион 657 тысяч жителей. Ну, 70 тысяч осталось без света...."  (прочитано у liorasun55)

А еще с наслаждением читаю, как израильтяне подшучивают над собой в "пижамной" и других темах.  Сохраню для себя ссылку на статью из "Сноба" -  "Синус в военное время может достигать четырех" и жж-пост моей подруги Юлки yulkar- цитаты твитов из ивритского фейсбука.  Процитирую лишь самое прекрасное.

Смешное -
"Зато я теперь знаю, в чем спят мои соседи! (в трусах и в махровых халатах:))) Во всем подъезде у меня самая красивая пижама!" (горжусь знакомством с автором этой шутки - sestra_milo),

жизненное -
Народ наш как известно ебанут на всю голову, и иногда это хорошо. Подруга мне с утра жалуется: вчера была на свадьбе в центре страны. В какой то момент вышла на улицу подышать, оказалось что бомбят и воют сирены. В зале просто никто не слышал из за музыки. Знакомые с "мизрахи кавед" (восточный стиль музыки) не удивятся, и я не знаю на самом деле что я предпочту, бомбы или ЭТО. Когда она попыталась объявить что бомбят , сказать что надо бы в убежище, народ возмутился: "не доев мяса?!!!" - от kot_shred,

и невероятно трогательное -
"Вы, ботаники, зубрившие логарифмы, очкарики получавшие 780 по психометрии, вы хиляки, получавшие подзатыльники от каждого во дворе по дороге на свой компьютерный кружок, вы, которые выросли и мобилизовались и сидите сейчас на контроле железного купола и сбиваете в небе те ракеты, которые должны были бы падать на наших детей - вы сегодня наши герои!"

В эти дни мне звонят и звонят родители (родители из школы и из садиков, которые я консультирую, частные клиенты, друзья и знакомые) и задают примерно те же вопросы:
- Как говорить с детьми о том, что происходит в стране?
- Как вести себя с детьми во время сирен?
- Как уменьшить негативные последствия происходящего?
- Чем занять детей в эти дни?
- Как дать ребёнку ощущение уверенности?
- В каких случаях обратиться за помощью?

Все дети разного возраста – от 2-х до 16 лет, поэтому и рекомендации разные. Вместе с тем есть общие принципы, о которых можно говорить с родителями практически всех детей. Цель - помочь детям чувствовать себя спокойнее и увереннее.

1. Помните, что дети видят мир вашими глазами, поэтому ваши реакции и высказывания так важны. При этом невербальные реакции (выражение лица, язык тела, интонация) не менее важны, чем слова. Постарайтесь транслировать уверенность и спокойствие. Когда сложно справиться с собственной тревогой, сделайте несколько вдохов-выдохов, выпейте стакан воды, скажите себе что-нибудь ободряющее, подумайте, у кого Вы сами могли бы получить поддержку.
2. Спросите у Вашего ребёнка, что он знает о происходящем. Учитывая возраст ребёнка, просто и кратко расскажите ему о том, что происходит. Без лишних фактов и драматизации.
3. Проговорите ваши действия при сирене. Каковы роли в семье? Кто за что отвечает? Что вы делаете, находясь с детьми дома? На улице? В поездке? Выполнение рекомендаций службы тыла важно не только для вашей безопасности. Следование продуманному заранее сценарию и выполнение необходимых действий помогает справиться с тревогой.
4. По возможности, ограничьте просмотр теленовостей при детях.
5. Важно позволить ребёнку выражать чувства: страх, тревогу, неуверенность, растерянность, ощущение подавленности. Если ребёнок не выражает никаких чувств – это тоже нормально. Любая реакция в эти дни есть нормальная и легитимная реакция на ненормальную ситуацию.
6. Очень важно просто быть рядом с детьми, обнимать, выражать одобрение, любовь, давать ощущение, что мы "вместе". И "вместе" мы обязательно справимся! А ещё у нас сильная армия, которая делает всё, чтобы нас защитить. Постарайтесь также дать Вашему ребёнку ощущение, что он может обратиться к Вам с любым вопросом. Это придаст ему уверенности, уменьшит тревожность.
7. Поддерживайте детей в их желании заниматься интересными и любимыми ими делами: играть, рисовать, лепить, конструировать, читать. Если в Вашем доме есть комната, в которой Вы находитесь во время ракетных атак – приготовьте в ней заранее игры, книги, игрушки, которые любят Ваши дети.
8. Сделайте что-нибудь вместе. То, что любите Вы и Ваш ребёнок, то, что доставит Вам радость.
9. Положитесь на свои силы и силы Вашего ребёнка преодолеть эту ситуацию. Если Вы видите, что Вашему ребёнку трудно, говорите ему о своей вере в его силы. Говорите ему о своей любви.
10. Если состояние Вашего ребёнка вызывает Ваше беспокойство – не ждите! Обратитесь к специалисту! Не обязательно обращаться к частному психологу. Практически в каждом городе в летние месяцы работает бесплатная психологическая служба для детей и подростков. Во многих городах есть круглосуточный телефон для срочных обращений!

Буду рада ответить на ваши вопросы, а также услышать, что помогает лично Вам и Вашим детям. Возможно, это поможет кому-то ещё.

Натали Ваксман,
семейный психотерапевт
0528379336